Приморье и Сахалин, сентябрь 2019

Походы
Октябрь 2019 года
Инструктор: Дмитрий Алёшкин
Приморский край; Сахалинская область
См. все
Приморский край; Сахалинская область

Тащим надувные лодки через непролазные заросли. Ищем следы тигров и медведей, прорубаемся через камышовые заросли. Мы на оживших страницах книг Арсеньева. А потом паром из Ванино на Сахалин. И тут же выход в тайгу. Заброшенные пути, сгоревшие мосты, винтовые тоннели. Еще день – и идем на Анивский маяк. Вдоль морского берега. Скалы, прилив, покинутые японские фанзы и участие в игре Супер-Марио в оффлайне. Все началось во Владивостоке 15 сентября 2019г.

Южная часть Приморского каря насыщена деревнями и дорогами. Причем не заброшенными, а живыми. Едешь через поля и речки, называемыми здесь ключами. И только, когда сворачиваешь с федеральной трассы на восток, въезжаешь в предгорья южной части Сихотэ-Алиня. До национального парка «Зов тигра» мы добирались почти 8 часов. После сильных дождей большинство грунтовых дорог края превратились в не совсем проезжие для обычных автомобилей. Именно поэтому здесь так популярны джипы. Кроме того, мы еще и колесо пробили.

В парк добрались только к вечеру. До подножия горы Облачной доехать не получилось, ключи размыли дорогу. Поэтому вместо восхождения на следующий день решили начать сплав. И не зря. Пару часов ушло на поиск основного русла Уссури. В верховьях эта река состоит из нескольких рукавов шириной от 5 до 15 метров. Они то объединяются, то вновь расходятся. Иногда идешь, как кажется, по основному руслу, и тут течение уходит под залом, и ты оказываешься в тихой заводи глубиной сантиметров 20 и почти без течения.

В таком лабиринте мы блуждали первые два дня. Причем делали это большей частью пешком. В первый день прошли метров 500 и уткнулись в залом. Вышли на берег, продрались через заросли, перенесли вещи, в вертикальном положении перетащили рафты. Вновь их загрузили. Не успели взять весла в руки – опять залом. И так весь день. Пройдя за 8 часов только 3.5 километра, нужно было менять тактику.

Разбираем рафты, крепим их к рюкзакам и выбираемся к грунтовой дороге, по которой заезжали в парк. И тут мне вспомнилась экспедиция по Таймыру. Об этом напоминал весь рюкзака, около 30 кг. И скорость перехода. Через заросли гигантских тополей, из которых гольды, орочи и Арсеньев вместе Дерсу делали лодки-долбленки для сплава по этим же рекам сто лет назад. Колючие лианы и сплошные рукава Уссури. То глубокие, то не очень. Поэтому последующие 30 километров по дороге можно было воспринимать как отдых.

Проходя через деревни, мы опрашивали местных бабушек о проходимости реки. Точно никто ничего не знал. Каждое лето после сезона сильных ливней и ураганов река делится на новые рукава, образуются новые, разрушаются старые заломы.

К обеду второго дня мы вновь собрали рафты. На это ушло всего минут 30, сказалась практика. Встаем на воду. На одной лодке 4 человека, на второй 3. Разумеется, во втором варианте сказывалась неравномерность управления. В заваленные деревья и камни наше судно врезалось гораздо чаще. В результате одного из таких столкновений сперва я, а потом Женя, мой напарник по гребле на корме, оказались за бортом. Ситуация была непростой. Я одной рукой держал фал рафта, чтобы потом не догонять его вплавь по течению, другой держался за корягу. Тут же старался не уйти под залом Евгений. Одно весло уже во всю шло вниз по течению. Второе лежало на дне, зацепившись за ветки. Вот так задачка. Как всем вместе оказаться на борту?

Решение. На борт запрыгивает Женя. Вместе с Наташей они держатся за завал, чтобы рафт не унесло. Я ныряю за вторым веслом, потом держась за рафт, выхожу на отмель, снова сажусь на баллон и при помощи всего 2 весел мы догоняем беглеца, то есть еще одно весло. А что же делали ребята на втором рафте? Правильно! Выступали в роли зрителей.

Вечером, причалив у деревни, от нас обратно во Владивосток уехал Евгений. Мы же, посетив деревенский магазин, расположились на ночевку на каменной косе.

Новый день – новые приключения. Обходить завалы, перетаскивать снаряжение и сами рафты через тайгу мы научились. Благо, что в вертикальном положение надувную лодку может нести один человек, что существенно увеличивает маневренность. Но тут мы зашли в залом, выйти на берег у которого было невозможно. Нужно было отводить лодки вверх по течению, выгребать при скорости течения в 2 метра в секунду на противоположный берег, и уже там организовывать «волок».

Глубина при таком течении была более полутора метров. Удалось зацепиться за корягу и выбраться в заросли камыша. А дальше началась игра в бурлаков. Один человек идет по берегу, протаптывая тропинку вдоль реки среди двухметровых зарослей камыша. Второй сидит в лодке и веслом рубит те самые заросли, в которых путается фал. Более самоотверженного, беспощадного и одновременно бессмысленного трудя я не видел. За полчаса мы преодолели 50 метров. Этой дистанции хватило, чтобы выгрести к противоположному берегу, вытащить рафты и уже привычной схемой обнести залом.

Как-то вечером мы обнаружили сплошную корку льда на рафтах. Температура упала ниже нуля. При том, что днем грелись на солнце при +22. Утром последнего дня отрицательной температуры не было, но одевать мокрые ледяные неопреновые носки, залазать в холодную воду, а потом грести через завалы и заломы, скрытые в тумане, оказалось очень занимательным.

Забыл о еще одном приключении днем ранее. Очередной залом. На широкой реке лежит несколько стволов деревьев. Между ними и гладью воды есть достаточно места, чтобы провести лодки. Но что делать с пассажирами? Пришлось заняться физкультурой. Ложимся вдоль бортом, упираемся в залом руками, боремся с течением, заливающим судно с другого борта. Протаскиваем лодку вдоль залома и, вжавшись в дно, протискиваемся под бревном.

В итоге по реке мы прошли всего 70 километров. Хоть в честь Уссури ранее называли Уссурийским краем весь Дальний Восток России, в верховьях эта река очень капризна. В прошлом году, также в сентябре, по Анюю в Хабаровском крае за день мы проходили до 53 километров. Здесь же рекордом были 32, при этом веслами приходилось работать не покладая рук.

Морозным солнечным утром мы сушили разобранные рафты, спальники и рюкзаки под мостом у авиабазы Чугуевка. А уже через 4 часа принимали горячий душ на вокзале во Владивостоке, ели пянсе. Вечером нас ждал поезд в порт Ванино.

Весь Дальний Восток, через Хабаровск и Комсомольск-на-Амуре мы проехали за 40 часов. В прошлом году часть этой дороги мы уже преодолели. В этом «закрыли» последний участок железной дороги России восточнее Байкала. Где медаль от РЖД? Ведь все, что западнее, я проехал еще ранее.

Сами поезда в таких регионах – настоящее приключение. Проводница постоянно борется с пассажирами, занимающимися злоупотреблением спиртными напитками. Те от нее скрываются, дебоширят и порой не доезжают до станции назначения. Утром мы проснулись от негодования вагоновожатой по поводу поломки биотуалета: «Ну вот, написали, накакали, бумажек набросали».

Солнечный теплый день 22-го сентября провели в Ванино и Советской Гавани, осматривая старые причалы и краеведческий музей. Мы еще не знали о предстоящих треволнениях в кассе при покупке билетов на паром в Холмск, на Сахалин.

Онлайн билеты не продаются, касса открывается за 2 часа до подхода корабля в порт. Заранее бронировать билеты тоже нельзя. При этом в очередь можно записаться еще с утра. Что мы и сделали, оказавшись на 18-ой позиции. Все понятно и просто, но… Мы уже мечтали о каюте люкс. Паром опоздал, касса открылась на 2 часа позже. Оказалась масса людей по блату. Ругань. В нашем распоряжении оказываются только сидячие места. А в море предстоит провести всю ночь, около 15 часов.

Сам паром оказался довольно вместительным. В нем ехали и люди, и машины, и железнодорожные вагоны. Есть и кафе. А вот проход в порт и сама посадка оказалась посложнее, чем досмотр в аэропорту. Вручную проверяется весь багаж, алкоголь изымается, сдается в трюм, откуда его можно забрать при высадке.

Спать на креслах нам не хотелось, а договориться с командой за небольшую доплату оказалось проще-простого. Путешествовали мы в 3-местной каюте, занимаемой старшей стюардессой. В нашем распоряжении даже был умывальник и окно. Да и завтрак был включен в билет – макароны с сосиской и чай.

К полудню прибыли в Холмск. У нас кроме рюкзаков на руках 2 сумки с рафтами и весла. Так что первая цель – камера хранения, которая, разумеется, находится не в порту, и не на автовокзале, а в центре города.

И вот наконец-то, мы готовы к походу. А маршрут начинается прямо из города. Нас интересует построенная еще японцами железная дорога из Холмска в Южно-Сахалинск. Она эксплуатировалась до 1995 года. Ныне заброшена, зарастает тайгой. И на протяжении 40 километров не живет ни один человек. Одеваем рюкзаки и идем, предварительно подкрепившись очередной партией морепродуктов в местном ресторане.

Первые километров пять от моря можно пройти по старой грунтовке, вдоль которой выстроены дачи. Когда-то в Холмске жило более 100 000 человек. Сейчас в три раза меньше. А дачи остались. Многие заброшены. До них даже ходит поезд из двух вагонов по оставшейся колее. Потом дорога кончается, и остаются только рельсы. Доходят они до первого тоннеля, где пропадают и шпалы, и рельсы. По дороге мы получили первого пострадавшего. Лёша, шагая со шпалы на шпалу, засмотрелся в сторону, споткнулся и упал на угол деревянного бруска почти глазом. Получил большой синяк под правый глаз и кровавый белок. После этого на людях ему пришлось показываться в солнечных очках, дабы не вызывать лишних вопросов.

Особенность первого тоннеля в его винтовой форме. Дорога заходит в гору и выходит из нее на одной и той же точке, только на разной высоте. Перед входом в темень мы запустили пару сигнальных ракет, чтобы избежать возможной встречи с медведем. Да и в самом сахалинском метро идти нужно аккуратно. Под ногами встречается масса ям от выдернутых шпал.

За тоннелем находится Чертов мост. Это довольно простое препятствие. На нем сохранился настил из шпал с расстоянием всего в сантиметров 20-30. Кроме того, за мостом есть пешеходная лестница, по которой можно спуститься обратно к началу тоннелей. Ей мы и воспользовались, потому что наверху нет ни воды, ни подходящего место для лагеря. Наши палатки стояли у входа в тоннель, под старинным мостом. Через неделю в местном краеведческом музее мы увидели фотографию именно с этим местом, сделанную еще до войны.

Ведьмин мост – главное препятствие на всем маршруте. Большая часть шпал на нем либо сгорела, либо была сброшена вниз. Так что идти нужно по арматуре шириной сантиметров в 30. Внизу пропасть в 100 метров глубиной. А на плечах рюкзак, да еще ветер боковой дует. Мы рисковать не стали. Пошли спускаться на дно ущелья. Оказалось это не проще перехода через мост (по мосту я ходил 5 лет назад). Несмотря на деревья и траву склоны ближе к ручью приняли почти вертикальное положения. Последние метров 20 вниз съезжали на заднице. На дне, среди лопухов с человеческие рост, в зарослях бамбучника, окруженные елями и поваленными стволами во мху, мы, как сказали наши девчонки из Австралии, оказались в Новой Зеландии, на острове Южном.

На другую сторону распадка мы выбирались больше часа. Цепляясь за все, что можно. То и дело съезжая обратно по склонам, вновь поднимаясь и спускаясь. Когда же добрались до моста и входа в новый тоннель, мы были полны вопросов. Как японцы затащили сюда оборудование, бетон, рельсы и прочее для строительства дороги???

Еще по дороге мы прошли заброшенные станции, расположенные в сказочных долинах, окруженных пихтами и высокими сопками. Представляю, какая здесь красота зимой. Все мы уверены – если дорогу восстановить, это будет главная достопримечательность всего Сахалина. Приток международных туристов будет гарантирован. Да и деревни вдоль пути возродятся.

На следующий день мы уже ехали в сторону поселка Новиково, что за озером Буссе. Отсюда начинался наш пешеходный маршрут к Анивскому маяку. 2 часа от Южно-Сахалинска, и мы на берегу Анивского залива, вокруг ни души. Впереди в этот день 29 километров. Сперва 14 по старой грунтовке до заброшенной пограничной заставы Южное, бывшего японского поселка. А потом еще почти столько же вдоль моря по пляжу, буксуя в песке и выброшенных водорослях. 5 лет назад здесь стоял целый город рыбаков. Шла горбуша, шла путина. Сейчас рыбы почти не осталось, на ее вылов наложен запрет. В будний день на берегу ни души.

Все бухты разделены скальными прижимами, через которые невозможно проехать на машине. Поэтому после большого пляжа следов человека, кроме вездесущего мусора, выносимого штормом, мы не нашли. Прыгая с камня на камень, мы перебирались из бухты в бухту. Где-то пользовались веревкой, где-то проскакивали через прижимы при отливной волне. Вечером бушующее море подошло почти вплотную к горам. Поэтому остановиться на ночевку мы могли только в определенной бухте, где уже стояли ранее. До войны здесь находился японский рыболовный поселок, от которого остались площадки под хижины, бетонные блоки с иероглифами, предметы быта. Здесь мы нашли небольшие стеклянные бутылочки с японскими письменами, битую посуду.

Рано утром, переночевав под шум прибоя и дождавшись отлива, налегке мы вышли к Анивскому маяку. Предстояло пройти 14 километров в одну сторону и столько же обратно. Первые десять километров – пляжи, разделенными небольшими скалами. В одной из бухт нашли массу железного мусора и фрагментов из бетона – остатки советской воинской части, расположенной после войны на месте японского поселка. Местами на пляже встречали следы медведей и лис. Последние растащили наши запасы с продуктами, сложенными на ночь вдали от лагеря под камнями. Вытащить им удалось только конфеты, но этого было достаточно, чтобы доставить нам приключения следующей ночью.

За 4 километра до маяка песчаные бухты кончаются. И поход превращается в компьютерную игру «Супер Марио». Все движение заключается в прыжках с камня на камень. Это гораздо быстрее, чем вязнуть в песке. За счет ускорения при прыжке тратишь гораздо меньше сил для последующих прыжков. Но тут нужна хорошая координация, чтобы успевать выбирать место для следующего шага. В противном случае такое движение превращается в муку. Медленно перешагиваешь с камня на камень, пытаясь удержать равновесие, постоянно концентрируешься и устаешь как мышцами, так и головой. Играть до маяка пошли только двое, я и Олег. Оставшаяся группа товарищей предпочла не вступать в супер-игру, а довольствуясь теплой солнечной погодой, идти обратно к лагерю.

Последние десятки метров к мысу, с которого открывается отличный вид на маяк, пришлось лезть по карнизу, дожидаясь седьмой малой отливной волны, чтобы проскочить самое неудобное место и быстро взобраться по скале метра на два вверх. До самого маяка можно добраться только по воде: либо на лодке, либо вплавь. По причине волны метра в полтора отправляться в плавание мы не рискнули. Перекусив, отправились обратно. На каменистый участок общей длиной в 8 километров (4 туда, 4 обратно) у нас ушло 3 часа. Километрах в трех от лагеря на телефон стали приходить сообщения, заработал интернет, что задержало нас еще на час.

Ночь в лагере прошла с приключениями. Продукты мы опять надежно заложили камнями, что разозлило лис. Ничего, кроме гречки вытащить у них не получилось. И они решили мстить – вытаскивать любые вещи из-под тента нашей палатки. Сперва было странно и боязно слышать разные звуки на фоне прилива. Но любопытство пересилило. Расстегнув палатку, я сильно удивился, увидев всего один свой ботинок вместо двух. А расстегнув тент, поразился еще сильнее, обнаружив массу вещей, раскиданных на площадке лагеря. По массе мелких следов было ясно, кто здесь поорудовал. Собрав все обратно, пришлось строить настоящую песчаную стену вокруг тента, чтобы мелкие воровки не могли засунуть к нам нос. Удивительно, насколько они делали это незаметно. Все происходило в сантиметрах от наших ушей, а мы почти ничего не слышали.

Не спеша к обеду следующего дня дошли до заброшенной части пограничников в Южном. Палатки поставили прямо на заросшем плацу, рядом с которым бьет небольшой источник. По дороге встретили рыбаков, накормивших нас шурпой и пытавшихся подарить несколько банок тушенки. Островное гостеприимство! А ночью на заброшенную заставу приехали квадрик и мотоцикл. Ситуация была непонятной. Но ребята, разгрузив технику, просто легли спать. Было раннее утро субботы. Народ из Южно-Сахалинска выдвигался на природу.

В Новиково нас уже ждала красная икра свежего улова и машины до Южно-Сахалинска. За все дни похода днем температура не опускалась ниже 20 градусов. В конце сентября! Было солнечно. Правда, купаться в бушующем море не сильно хотелось.

В Южно-Сахалинске мы успели посетить Краеведческий музей, расположенный в японском довоенном здании, увидели фотки с пройденных мест. За последние десятилетия плотность заселения южной части Сахалина значительно снизилась. Там, где стояли фанзы, теперь шумит тайга. После музея зашли в японский ресторан, где показали шеф-повару найденные бутылочки. Оказалось, в них хранился дорогой соевый соус. Произведен он был еще до войны. Сувенир с иероглификой отправился в дар кулинару.

Это был мой второй поход по Сахалину. И теперь появилась идея для маршрута третьего. Пересечь остров от берега до берега по старой границе, потом пройти на мыс Крильон, откуда катером добраться на Анивского маяка. А дальше на Курилы, прямо до мыса Лопатка, что на Камчатке.

Живем будущим, новыми идеями, новыми маршрутами. Сами придумываем, сами реализуем.

Дмитрий Алешкин, 13 октября 2019г.

Фотогалерея